Иван Тургенев на экспериментальной калужской сцене

Не секрет, что в Калужском областном драматическом театре работают мастера, стремящиеся, на мой взгляд, некоторым образом выйти за пределы накатанной театральной «дорожки», нащупать новые пути в развитии сценического искусства, новые формы общения со зрителем. Вся эта новизна ни в коей мере не конфликтует с классической направленностью в подборе репертуара вообще, и в преддверии Года театра в России, в частности. Так, 200-летию со дня рождения Ивана Тургенева была посвящена работа творческой режиссерской лаборатории, имевшей место в стенах театра этим летом, и подготовившая к юбилею великого писателя ряд постановок.

11 ноября не менее творческое руководство драмтеатра приняло решение показать публике, в основном – молодому зрителю, некоторые плоды лабораторных трудов. На сцене «Под крышей» была представлена постановка «Клара Милич. После смерти» режиссера Артема Устинова и на Малой сцене – совсем небольшой спектакль «Дневник лишнего человека» в постановке Виктора Стрельченко.

Можно отметить, что калужский театр старается избрать для всестороннего прочтения, а впоследствии и для показа не слишком избитый материал, уже одним этим обстоятельством пробуждая в публике неподдельный интерес. С другой стороны, создается впечатление, что деятельность лаборатории по большому счету подразумевает создание некоего «эликсира сцены», который по капле может быть использован в постановочной работе вообще. Это как мода haute couture, представляющая собой сгусток идей и трендов для создания более практичной повседневной одежды.

Историю несостоявшегося любовного романа Клары Милич и молодого человека, обнаружившего чувства слишком поздно, показали актеры Дарья Кузнецова, Антон Смородин, Дмитрий Казанцев и Людмила Парфирова.

Дневниковые записи неудачника совместно со зрителем и под музыку театральной группы «Родные и Близкие» прочли актеры Вячеслав Соколов, Тамара Глеклер, Наталья Бушина и Владимир Прудников.

Сложно кого-то выделить, не пускаясь в рассуждения, основанные на личных симпатиях. Это, наверное, будет не правильно. Гораздо важнее подчеркнуть, как сцена, не сдавая позиций сакральной территории, предпринимает далеко не робкие шаги в сторону иных абсолютно свежих страниц современной драматургии, как она приподнимает завесу над таинством рождения не только конкретного спектакля, но и, возможно, чего-то более основополагающего. Как видим, не забыта и классика. Во всяком случае, такой нервной откровенной интерпретацией своих историй Иван Сергеевич Тургенев явно был бы заинтригован.

 

Сергей ГРИШУНОВ.

Фото С.Гришунова.