Выход из «подполья»

Выход из «подполья»

Геннадий Скляр вспоминает историю создания КПРФ.

До выборов в Государственную Думу еще немало времени, но предвыборная кампания набирает обороты. К сожалению, уже сейчас мы иногда видим, как отдельные политические силы предпочитают не дискутировать с оппонентами, а ищут способы их дискредитации, пытаются выискать несуществующий компромат.

К примеру, недавно в Обнинске коммунисты в своих печатных изданиях опубликовали материалы, направленные против руководителя «Калужского землячества» Геннадия Скляра. Ему в вину они ставят то, что Скляр, по их мнению, «предал коммунистические идеалы» и «пошелна услужение власти и капиталу». Честно говоря, странные претензии. Ведь, насколько нам известно, бывший первый секретарь Обнинского горкома КПСС сделал очень много для того, чтобы после августа 91-го возродить компартию. Чтобы расставить все точки над «i», мы решили еще раз вспомнить события тех дней и обратились к Геннадию Скляру.

— На мой взгляд, люди, руководящие сегодня областной организацией КПРФ, элементарно не знают историю своей партии после августовских событий 1991 года. По-видимому, настал момент, когда надо открыть завесы над историческими обстоятельствами и рассказать всем, в первую очередь рядовым коммунистам, о событиях того времени. Тем более в августе исполнится 25 лет известным трагическим событиям, приведшим к распаду СССР, краху КПСС и запрету ее деятельности.

Я очень хорошо помню это очень сложное время. В воздухе буквально витало предгрозовое напряжение. Компартия подвергалась резким нападкам со всех сторон, а в рядах коммунистов царила растерянность, все задавались вопросами: что делать, что будет дальше?

Хочу сказать, что для любой партии очень важна уверенность в правильности своего курса, своей линии. Если партия заражается неуверенностью, то это приводит к печальным последствиям. Особенно это чревато в тех случаях, когда партия находится у власти, это было с КПСС. Ведущая системообразующая партия (сейчас эту роль играет «Единая Россия») отвечает за судьбу всей страны, за ее единство. И если партия дает слабину, не может адекватно реагировать на актуальные политические вызовы, то она ставит под угрозу всю страну. Так произошло с КПСС и Советским Союзом. Я думаю, мы обязательно должны вынести необходимые уроки из этой трагической истории.

Думаю, читатели помнят, что после событий августа 91-го деятельность коммунистической партии была запрещена. Мне судьбою выпало стать непосредственным и активным участником восстановления прав коммунистов на создание своей партии. Такая партия была создана и действует до сих пор.

— Геннадий Иванович, расскажите об этом поподробнее. 

— В сентябре 1991 года ко мне в Обнинск приехал бывший секретарь ЦК КПСС Валентин Александрович Купцов. Беседуя со мной, он сказал следующее: «Геннадий Иванович, я предлагаю тебе принять активное участие в восстановлении прав коммунистов вести политическую деятельность и создании своей партии. Мы должны это сделать, чтобы обеспечить в дальнейшем в России существование серьезной коммунистической партии». Я ответил ему «да».

— В те времена подобные инициативы, мягко говоря, не очень хорошо воспринимались властью и большинством общества… 

— Да, градус антикоммунистических настроений был крайне высок. Если вы помните, раздавались голоса о том, чтобы не просто запретить деятельность коммунистов, но и осудить коммунистическую идеологию. Устроить что-то типа Нюрнбергского процесса. Многие партийные руководители в одночасье вдруг стали «демократами». Но, к счастью, остались и такие, как Купцов, не бежавшие с потонувшего корабля.

Надо сказать, что я и сегодня не жалею о своем тогдашнем решении, каким бы рискованным оно тогда ни было. Уверен, что в той ситуации, ведя работу по восстановлению прав миллионов рядовых коммунистов, мы поступали правильно. Хотя это, конечно, было очень нелегко.

— Что необходимо было сделать в первую очередь? 

— Была создана новая политическая партия – Социалистическая партия трудящихся. Создавая ее, мы преследовали несколько целей: зарегистрировать новую политическую структуру, которая бы защищала права рядовых коммунистов, и позволить им активно вступать в политическую деятельность. Социалистическая партия трудящихся была зарегистрирована в октябре 91-го, я стал одним из ее руководителей. Именно СПТ вместе с группой депутатов Верховного Совета РСФСР направила заявление в Конституционный суд с требованием восстановить права коммунистов на создание своей политической организации. Именно Социалистическая партия трудящихся была организатором слушаний в Конституционном суде.

Любой желающий может поинтересоваться архивами Конституционного суда и увидеть, что ваш покорный слуга был первым свидетелем, выступавшим на этом рассмотрении. Особенно советую почитать мое выступление тем, кто сегодня пытается ввести общественность в заблуждение и распространяет лживую информацию о том, что Скляр «предал коммунистические идеалы».

В том, что мы одержали победу, большая заслуга, конечно, принадлежала Валентину Купцову, сумевшему собрать вокруг себя группу активных политических бойцов, профессиональных экспертов. Была достигнута главная цель – запрет на деятельность коммунистов был снят.

— Что было потом? 

— Необходимо было решить следующую задачу – создание новой коммунистической партии. Вместе с Валентином Купцовым и Геннадием Зюгановым я стал одним из руководителей оргкомитета по созданию такой партии. Был проведен съезд, на котором была создана, а затем зарегистрирована Коммунистическая партия Российской Федерации. И это была вторая наша победа. Причем хочу отметить, что вся организационная работа была проведена столь профессионально, что у власти даже повода не возникло к чему-либо придраться, не нашлось аргументов, чтобы отказать в регистрации.

Как вы знаете, в дальнейшем КПРФ приняла участие в первых выборах в Государственную Думу и показала очень неплохой результат, доказав тем самым, что у нее есть очень много сторонников и что она имеет серьезную поддержку в обществе.

— Геннадий Иванович, фактически получается, что сегодня вас во всех смертных грехах обвиняют те, кто, по сути дела, во многом благодаря вам имеет возможность осуществлять свою политическую деятельность? 

— Моя конкретная работа в сложнейших условиях 1991-1992 годов позволяет мне сказать, что я выполнил свой моральный и гражданский долг перед миллионами коммунистов (среди них, безусловно, и представители нашего региона) по защите их прав. Фактически это было право на политическую демократию, право на собственные убеждения и на возможность их открыто высказывать.

Да, из этих миллионов не все пришли в КПРФ. Но это уже был их личный выбор. Тогда, в 91-м, я в отличие от многих не ушел в кусты, а занимался острейшей, серьезной деятельностью на благо страны, ее политической системы и той же КПРФ.

Еще раз повторю, те из сегодняшних коммунистов, кто позволяет себе подобные нападки в мой адрес, либо совсем не знают историю своей партии, либо сознательно говорят неправду. Наверное, это не очень хорошо характеризует их моральные качества.

Я искренне желаю рядовым коммунистам всего самого лучшего. Но мне очень бы не хотелось, чтобы представители КПРФ использовали в политической борьбе нечестные приемы. Тем самым они ставят в неудобное положение прежде всего самих себя.

— Многим будет интересно узнать, почему, оказав большое содействие в создании КПРФ, вы затем не заняли руководящих постов в этой партии? 

— Как я уже говорил, я принимал самое активное участие в съезде по созданию КПРФ. Вместе с Геннадием Андреевичем Зюгановым участвовал в обсуждении кандидатур в состав центрального комитета, других руководящих структур. Но затем передо мной встала дилемма: где быть — в КПРФ или СПТ? Будучи руководителем Социалистической партии трудящихся, я чувствовал свою моральную ответственность перед партийцами. Поэтому счел необходимым сосредоточиться на работе в этой партии. А затем, как вы знаете, и вовсе ушел из активной политической деятельности. Да и не стремился я к командным должностям в КПРФ! Вновь подчеркну, что для меня самое главное было в том, чтобы рядовые коммунисты имели возможность свободно выражать свои политические взгляды и участвовать в политической деятельности. Вообще для меня события 91-го и наработанный в тех жестких условиях опыт являются серьезным политическим багажом. Данный опыт позволяет мне не делать ошибок в будущей деятельности и предостерегать от этого других.

Сегодня я активно помогаю команде «Единой России», являюсь сторонником этой партии, поддерживаю курс нашего президента Владимира Путина. Благодаря политике нашего национального лидера и партии «Единая Россия» наша Родина сохранила свою целостность, страна избежала распада. С этим бессмысленно спорить, это очевидно всем. Сейчас перед нами стоит другая, более сложная задача – укрепление внутреннего и внешнего суверенитета России. В качестве своей главной цели применительно к «Единой России» я вижу то, чтобы учесть трагический опыт КПСС, которая была разрушена сама и увлекла в небытие великую страну. Единороссы обязаны учесть этот опыт, чтобы не допускать ничего подобного в будущем. Моя миссия в правящей системообразующей партии состоит в недопущении «Единой Россией» ошибок КПСС. В настоящий момент «Единая Россия» — гарант целостности нашей страны и стабильности российской политической системы. Это не вопрос идеологии, это вопрос сохранения и развития России, это вопрос жизни великого народа.

Сейчас крайне важно для нас всех, чтобы Калужская область не потеряла набранных темпов развития, не только сохранила, но и упрочила свои позиции. И я готов и дальше делать для этого все от меня зависящее.

Беседовал Андрей ЮРЬЕВ.