Журналист «Калужской недели» поработала в бригаде, очищающей город от снега
Ранним пасмурным снежным утром мне выдали оранжевый жилет МБУ «СМЭУ». Это был своего рода пропуск в параллельную реальность, с бесконечным потоком автомобилей, рёвом дизелей и скрежетом широких совковых лопат. Я шла делать репортаж, а вышла – на смену.
ЛОПАТУ В РУКИ – И ВПЕРЁД
В свете фонарей лица рабочих-дорожников кажутся предельно сосредоточенными. Город ещё спит, а работа у них уже в разгаре. Без лишних слов меня определяют в бригаду, которая расчищает город с пяти утра до пяти вечера по графику 2/2. Однако в сильные снегопады никаких «два через два» – работа и только работа.
Всего на расчистку тротуаров, переходов, остановок и лестниц ежедневно выходят 100–110 человек. Мой бригадир молча вручает мне лопату – тяжелую, с тугим загибом и обледеневшим черенком.
– Поехали, журналистка. Покажешь, как город убирают.
Снег не пушистый, а плотный, сбившийся. Уже через полчаса спина начинает ныть, дыхание сбивается, рвётся. А вокруг меня – четкий ритм, безостановочный, почти механический.
– Не останавливайся! Остановишься – замёрзнешь. Живее, а то так до утра не управимся, – слышу я голос.
В какой‑то момент понимаю, что есть риск свалиться вместе с лопатой. Но профессиональный долг не позволяет раскисать, организм включает дополнительные резервы.
«ЧИСТИК» ПОМОГАЕТ
После лопаты мне доверяют «Чистик» – небольшой трактор. Инструктаж: «Газ, отвал, объезжай людей». И вот я уже сгребаю снег. Ощущение силы обманчиво. Железный конь живёт своей жизнью, норовит уйти в сторону. Через десять метров я понимаю: чтобы делать это часами, нужно не управлять, а договариваться с машиной, слиться с ней в одно целое.
Чтобы понять, откуда у этой системы силы, я заглядываю в сердце – ремзону. Здесь свет никогда не гаснет. Сварка ослепляет, в воздухе – вкус металла и масла. Пока одни чистят город, другие дают технике второе дыхание. Механик, не отрываясь от «внутренностей» КамАЗа, бросает: «Если мы встанем – город встанет». Это не пафос. Это расписание.
В КАБИНЕ «ЗВЕЗДОЛЁТА»
Кабина КамАЗа-коммунальщика похожа на кабину пилота звездолёта: рычаги, приборы, два огромных стеклоочистителя. За рулём – Юрий, водитель со стажем. «Держись, полетаем», – улыбается пилот.
И начинается вираж. Машина шириной в полторы полосы движется по маршруту, который накануне составили логисты, раскладывая город как шахматную доску. Всего в смене работает 30 таких машин. Мой водитель не просто едет, город для него – не улицы, а шахматная доска. Он сканирует дорогу, предугадывает ямы, чувствует асфальт под снегом. Неверное движение – и снег улетит не туда.
Затем – ювелирная работа с противогололёдными материалами. «Без плана – деньги на ветер», – сухо комментирует Юрий.
ТАКАЯ РАБОТА
К концу неполной смены я едва держалась на ногах, руки не поднимались. В ушах стоял гул техники. О работе коммунальщиков у меня сложилось четкое представление.
Чистый город – это бесконечный, отлаженный труд. Одна бригада уходит, другая заступает. Пока убирают центр, снег заметает окраины. Это не борьба со стихией, это поединок с физикой: с температурой, ветром, законами термодинамики.
И вот что удивительно, люди, ежедневно приводящие город в порядок, не ждут благодарности. Они просто делают свою работу.
Теперь, видя чистый тротуар под окном, я буду знать, что его очистила смена, начавшая работу затемно, когда почти все еще спали. Это Юрий, ведущий свой «звездолёт» по ночным улицам, и его коллеги, честно и добросовестно делающие свою работу.
Виктория КРОМСКАЯ
Фото Анны Колчериной
