Лучший школьный педагог-психолог о том, как заслужить доверие сотен учеников, не потеряв себя
Внешне он спокоен и сдержан, но стоит заговорить, как улыбка озаряет его лицо. Николаю Маричеву двадцать восемь. За плечами семь лет работы в школе и только что завоёванная победа в конкурсе «Моя педагогическая профессия». Мужчина в амплуа педагога-психолога, пожалуй, всё ещё редкость. Мы поговорили о том, что помогает выдерживать школьные штормы и как не растерять главного – способности слышать.
«ВРАСТИ» В ПРОФЕССИЮ
– Школьный психолог моего детства – это женщина с толстой папкой опросников, исчезающая на горизонте прежде, чем успеешь окликнуть, – делюсь я.
Николай улыбается. В школе № 23, где он работает, всё иначе.
– У нас целая психолого-педагогическая служба. Да и я не выгляжу как архетипичная женщина с папочкой. Для меня это плюс. Когда ты с ребёнком на одной волне – слышишь, даёшь пространство – это помогает установить контакт и завоевать авторитет, – говорит он.
Всё началось ещё в школе. Он занимался греблей, единоборствами, туризмом. Однажды тренер попросил помочь со спортивной сменой для младших. Так оказался в роли вожатого.
– Именно тогда впервые произошло осознанное взаимодействие с детским коллективом, – вспоминает он.
В выпускном классе понял: технические науки – не его. Сильные стороны – общение, интерес к эмоциям – привели на психолого-педагогическое направление в КГУ.
– Студентами проходили практики в садах, школах, лагерях. Поработал в «Соколе», «Галактике», потом была Евпатория, вожатые со всей страны. Было интересно создавать яркие события, особенно в лагере, где каждый день – маленькая жизнь, – делится Николай.
В 23-ю он попал почти случайно: в магистратуре преподаватель предложила пройти собеседование в ближайшей от университета школе. С конца 2019-го здесь и работает. Коллеги приняли тепло, адаптация прошла легко.
– Для начинающего педагога очень важно попасть в доброжелательный коллектив, который поможет и поддержит, – считает он. – Полный цикл адаптации, как говорят психологи, занимает примерно год. Вот столько я и «врастал» в школьную жизнь.
ОДИН НА ЧЕТЫРЕСТА
Реальность школьного психолога далека от тихих бесед. На одного специалиста приходится 300–400 детей. Работа идёт по двум направлениям: плановые занятия и живой запрос. Родители обращаются с трудностями в мотивации, учителя – за консультацией. И всё чаще приходят сами ребята.
– В основном это подростки – средняя и старшая школа. У них уже сформулированный запрос: школьная тревожность, нарушенная коммуникация с родителями, личные переживания, – говорит Николай.
Индивидуальная работа ведётся циклами, до десяти встреч. Если результат есть – наблюдают дальше, если нет – подключают консилиум или узких специалистов.
– У нас только-только начала развиваться культура бережного отношения к себе. До сих пор есть мнение: «Пойду поговорю с психологом, он меня отругает, и всё пройдёт». Но здесь всё намного сложнее, намного деликатнее, – рассуждает он.
Как бороться с этим стереотипом? Открытостью и диалогом.
– Мы говорим с детьми о важности безопасного взрослого рядом. О том, что психолог – это не про наказание, а про поддержку. Стараемся работать и с одарёнными детьми – это ведь тоже группа риска, потому что они выходят за средние, нормотипичные, значения.
НЕ ВПУСКАТЬ БОЛЬ
– Как не выгореть? – спрашиваю я.
– Психолог должен быть эмпатичным, но не проживать чувства подопечного. Мы не впускаем в себя чужие страхи и боль. Иначе не сможем быть объективными, – объясняет он.
С опытом приходит профессиональная «неприступность» – умение сопереживать, не погружаясь с головой.
– Даже простое доброе слово, сказанное в коридоре, когда ты заметил ребёнка, может подбодрить, расположить к тебе, – говорит Николай.
Одно из ключевых направлений его деятельности – подготовка выпускников к экзаменам.
– Ученик чувствует сильное давление. Со стороны общества – шутки в соцсетях про «не сдашь». От родителей – скептичное: «А ты сдашь?» От школы – «Какой экзамен будешь сдавать? Почему не ходишь на факультатив?» Огромный стресс.
Цикл занятий обычно короткий – две-три встречи. Но даже это даёт результат.
– Мы говорим о том, что экзамен – важный этап, проверка не только знаний, но и прочности. Разбираем техники, которые помогают справляться с негативными эмоциями, открывать сильные стороны. Минимальный гарантированный результат – снятие эмоционального напряжения.
ИСПЫТАНИЕ ДЛИНОЙ В ДВА МЕСЯЦА
Эта ежедневная работа и есть та «кухня», которую предстояло показать жюри на конкурсе «Моя педагогическая профессия».
– Седьмой год в школе, и раз пять-шесть я был в команде поддержки наших конкурсантов. Сидел и думал: «Когда-то и я выйду на эту сцену», – вспоминает он.
Два месяца, семь испытаний, без отрыва от уроков и консультаций. Методическая разработка, сайт-визитка, открытый урок, мастер-класс и, неожиданно, самопрезентация на сцене.
– Это, пожалуй, самый неоднозначный этап. Не каждый педагог – прирождённый артист, и баллы здесь порой зависят не только от содержания, но и от того, насколько твой образ попал в резонанс с ожиданиями зала, – считает Николай.
Завершали марафон блицинтервью и круглый стол финалистов.
– Это очень тяжело, очень энергозатратно, – признаётся он. – Но именно в такие моменты понимаешь, на что способен.
На вопрос, что принесло победу, Николай, задумываясь, отвечает:
– Наверное, системность и оптимизм. Важно оставаться целостным. Конкурс доказал: человек может многое в самых разных, порой сложных, условиях. Главное – желание и поддержка.
ТИШИНА ВНУТРИ
Справиться с любыми штормами помогает внутренний якорь.
– Христианские ценности – о любви к ближнему, о том, что каждый человек важен, – перекликаются с моей работой.
А вдохновение нахожу в людях, спорте, путешествиях и, конечно, в семье.
Николай молод, но за плечами уже внушительный опыт, который даёт понимание, куда двигаться дальше.
– После городского этапа конкурса миновал и областной, результаты пока неизвестны. Пройти на всероссийский было бы очень здорово. Это серьёзный вызов. Но если рассматривать конкурсы как ступеньки, то чем выше, тем сложнее и интереснее. Хочется творчески развиваться как профессионал, оставаться в образовании, быть полезным и важным для детей, родителей, коллег, – резюмирует он.
Где-то в школьных коридорах, среди сотен ребят, есть те, кто уже знает: в кабинет школьного психолога можно прийти не только с проблемой, но и просто поговорить. И пусть в этой истории нет толстой папки с тестами, зато есть умение слушать и вера в то, что человек может очень многое, особенно если у него есть ключ к детскому сердцу.
Ольга НОВИКОВА
Фото Антона Забродского и из личного архива Николая Маричева
