– Как-то во втором классе учительница нас спросила: «Кем хотите стать?» Я сказала: «Хочу рисовать детские книги»
Желание, озвученное в школьные годы, сбылось. Сегодня наша героиня Елена Гершуни – художник-иллюстратор и живописец. Ее рисунки можно встретить на страницах детских книг разных издательств, а открытки с акварельными видами Калуги – найти в сувенирных магазинах и на маркетплейсах. Елена называет себя киммерийкой, она родом из Крыма. Красота этих мест и домашняя творческая атмосфера оказали на неё очень большое влияние ещё в детстве.
– Мама была искусствоведом по жизни, обучалась игре на скрипке, а также рисованию у художника Николая Барсамова, ученика Айвазовского. У Барсамова учился и мой дедушка по маминой линии. Он хотел стать кинооператором. Но исполнению мечты помешала война – в 19 лет он ушел на фронт, вернулся без ноги. Свою тягу к творчеству все же реализовал: работал художником, ретушером, делал макеты кораблей, много фотографировал, снимал на любительскую камеру домашние фильмы, устроил домашний театр. В этой атмосфере творчества мы росли.
Елена училась в художественной школе, получила образование по графическому дизайну, а сегодня она художник-иллюстратор детских книг и живописец.
– Елена, какая у вас любимая техника рисования?
– Я работаю в компьютерной графике, иллюстрируя книги, но также очень люблю акварель, люблю совмещать эти две техники. Если хочется что-то написать просто для души, всегда выбираю акварель. Это моя отдушина. Рисую в этой технике цветы, людей, места, в которых я живу. Очень люблю старинную архитектуру, она отзывается в душе. В Калуге один из любимых видов – Каменный мост зимой. Еще очень нравится вид с площадки у «шарика», особенно когда много всего видно сразу – и этот берег реки, и тот. Очень люблю домик Циолковского. Он во все времена красивый.
– Помните свои первые проиллюстрированные книги?
– Первыми книжками были «Репка», «Колобок» и «Алиса в Стране чудес». Люблю их до сих пор. Они сделаны в моей любимой технике – акварели.
– Как рождаются образы для ваших иллюстраций? Может быть, у них есть прототипы?
– Художники-иллюстраторы бывают разные, кто-то рисует, строго следуя тексту, кто-то дает больший простор собственной фантазии. Я люблю дополнять, когда иллюстрирую, чтобы было живо, а не просто по тексту. Не искажать, но именно что-то в иллюстрации добавить. Чтобы персонаж был не картонный, надо знать, какой у него характер, настроение.
Иллюстрировала книжку с детскими коротенькими стишками для самых маленьких. Я стала рисовать, а дочка, ей тогда было два года, спрашивает: «А это я?» Я говорю: «Давай будешь ты». И конкретно ее нарисовала, стилизованно, конечно. Я часто использую прототипы, если это уместно. Например, в первых проиллюстрированных книжках они были. Они обогащают характер персонажа. Бывает, встречаю кого-то на улице или в магазине. Недавно увидела одну бабушку. Это просто находка! Там все – и берет с цветком, и пальто, и лицо, нос, очки. Обязательно где-нибудь использую ее образ.
– В чем особенность вашего подхода к иллюстрированию?
– Я работаю с разными издательствами, а также с писателями и поэтами в частном порядке. Важно, чтобы у автора и художника совпадали взгляды на то, как должна выглядеть книга, чтобы художник был продолжением текста. И, конечно, приятно работать, когда сам текст мне нравится. Хочется рисовать и любить то, что рисуешь. Могу сказать, что чем больше у меня свободы действий, тем лучше я сделаю.
Недавно проиллюстрировала рассказы современной писательницы. Там нет какого-то грандиозного сюжета, но с такой любовью написано, грамотно, очень приятно читать.
Я стараюсь книжку продумать от начала до конца, чтобы она была полноценным проектом, могу даже нарисовать больше, чем потребуется. Хочется сделать так, чтобы было не стыдно за свою работу, чтобы она радовала.
– Над какими книгами вам хотелось бы поработать?
– Хотелось бы проиллюстрировать сказки Сергея Козлова (автора историй про Ежика и Медвежонка. – Прим. ред.), стихи – и советских поэтов, и современные. И конечно, сказки. Очень люблю их иллюстрировать, особенно зимние. У меня вообще особое отношение к этому времени года. Наверное, и не уезжала бы из средней полосы именно из-за зимы. В детстве всегда ее не хватало. Помню, на санках дня три покатаешься и всё, а снег чуть ли не в холодильник прячешь, чтобы сохранить. Для меня зима – это сказка.
– Есть ли среди художников те, кто вас вдохновляет?
– Вдохновляюсь и классической живописью, и хорошими мультипликаторами, и талантливыми иллюстраторами. В их число входят Юрий Норштейн, Игорь Олейников, Виктор Чижиков, к сожалению, уже от нас ушедший. С Юрием Норштейном и Игорем Олейниковым лично знакома, а с Виктором Александровичем довелось увидеться только раз.
Мне нравятся их подход к работе, их трудоспособность и характер. Юрий Борисович Норштейн – это глубина, мудрость, любовь и уважение к людям. На своих лекциях он часто вспоминает детство, родителей, свой двор. Очень трепетно относится к воспоминаниям и считает их очень важными в жизни каждого художника. Игорь Олейников всегда рисует остроумно, с юмором, смело, наполняет интересными по смыслу деталями, заставляет задуматься не только над текстом, но и над иллюстрацией. Виктор Чижиков – художник с большой буквы. Он проиллюстрировал огромное количество книг, обладал своим узнаваемым почерком, рисовал с душой, тоже с юмором, всегда сотрудничал и разговаривал с авторами. Книги с его иллюстрациями продолжают выпускать до сих пор. И они, как раньше, радуют маленьких читателей.
– Что, на ваш взгляд, самое главное в детской иллюстрации?
– Если говорить о детских книгах, то главное, что должно их отличать, по моему мнению, – доброта и юмор. Если картинка отталкивает ребенка, это уже не детская картинка. Важна и осознанность того, что несет в себе персонаж, кто он такой. При этом визуально приятный, добрый, чтобы его хотелось взять из книжки и к себе прижать. Как говорят, хороший писатель тот, с кем ты хочешь подружиться, а хороший персонаж для ребенка тот, которого он хочет взять к себе на ручки и даже заснуть с ним в обнимку.
Беседовала
Дарья ЛЕОНТЬЕВА
Фото и авторские иллюстрации предоставлены Еленой Гершуни
