Мой любимый учитель

Учитель – профессия особая, а труд педагога нелегок. Сегодня, когда школы переориентировались почти на формальное образование, тема учителя актуальна как никогда. Ведь настоящий педагог, как и родитель, играет важнейшую роль в воспитании личности. Зная общественные запросы, он призван сориентировать своих учеников в правильном направлении, а это ой как непросто. В преддверии Дня учителя, который отмечается 5 октября, мы вспоминаем любимых педагогов.


Анастасия Ивашкина, лектор планетария Государственного музея истории космонавтики им. К. Э. Циолковского:

– Я очень благодарна своим университетским преподавателям. Это настоящие ученые, страстные в своей дисциплине, буквально светящиеся любовью к истории. Это чувство настолько концентрированное, что даже осязаемое. Таким преподавателем была и Наталия Александровна Богодарова. Её уже нет. Но я помню её, как наяву. Наталия Александровна вела Средние века. А я была очарована Древним Востоком, поэтому весьма равнодушно относилась к «страдающему Средневековью», страдания я тоже не любила. Но Наталья Александровна регулярно, к середине лекции или когда не успевала до звонка договорить и оставляла нас на перемену, приговаривала: «Ну, пострадайте ещё, ласточки (ангелы) мои. Страдания облагораживают». И мы не столько начинали страдать, сколько радоваться, что , кажется, ещё на 15 минут стали благороднее. И в итоге равнодушие рассеялось. Мы любили лекции, не молчали на семинарах, могли даже кричать на коллоквиумах, а ещё устраивали средневековые вечера, где по ролям играли небольшие пьесы, пели, танцевали, придумывали стилизованные наряды… И вообще, заставлять нас не приходилось, потому что Средневековье оказалось жутко интересным, ярким и живым. Но этого могло бы и не случиться без Наталии Александровны.


Евгений Хропов, заместитель директора по учебной работе Калужского филиала РГАУ-МСХА им. К. А. Тимирязева:

– После трёх практик я пошел работать в родную 14-ю школу. Конечно, был там тепло встречен своими учителями. Учить меня как молодого педагога особо не хотели, зато, судя по всему, стремились женить. Я все равно слушал, смотрел и учился: у самого тогда мало что получалось. Тяжело было, да ещё и на копейках. Но какая была атмосфера, общение! Старшие коллеги не только приняли меня в компанию историков, но и включили в группу для «зашкафных» чаепитий. На больших переменах в лаборантской 19-го кабинета, за шкафом, распивали чай Белоусова, Марунич, Яшина и примкнувший к ним Хропов. Хорошо было, весело и душевно. И, конечно, в этой компании была своя душа – Валентина Алексеевна Яшина. По большому счету она и повлияла на мой выбор профессии. Она взяла нас в девятом классе, в 1998-м, и стала частью моего сердца. Эта бешеная энергия, этот голос, который не спутаешь: «Я им – мама, я их люблю, я их и ругаю». «Так, ты девочка! Я на тебя ругаюсь! А ну-ка встала! Покраснела!» Эта искренняя сердечность и добрый юмор. Школа моя – единственное место работы, откуда я уходил со слезами, потому что со слезами меня провожала Валентина Алексеевна – мой учитель, коллега, наставник. Она одна из основ моего мира. И даже не буду писать «была». Теперь она ушла, и школа опустела. Но в сердце не осталось пустоты. Она там навсегда.


Павел Селезнёв, шоумен, певец:

– Школу я не любил. Но у нас, в 36-м лицее, работает замечательная учительница – Надежда Николаевна Авдеева, ведет литературу и русский язык. Она пришла к нам после университета. Красивая, молодая. Я, разумеется, сразу полюбил русский язык и литературу. Недавно она в какой-то соцсети прислала мне отрывок из моего сочинения – фотографию. Я прочитал. И был поражён тем, что она его сохранила, и тем, что в этом возрасте – 6–7-й класс – мог так писать, так излагать свои мысли, так изъясняться. Что-то она во мне увидела и помогла этому раскрыться. И спасибо за это огромное. А ещё я могу своим учителем считать, хотя она у меня ничего не вела и в школе моей не работала, Оксану Николаевну Набойченко. Этот педагог дал мне возможность развиваться профессионально и приобрести уверенность в своих силах. Она работала в школе № 17 учителем музыки. Я познакомился с ней, когда она создала музыкальный театр в Доме учителя. Это было очень хорошее время. Вообще, меня хорошие учителя окружали: в училище культуры – Татьяна Михайловна Юсова, на филфаке пединститута – Елена Спиридоновна Себежко, в ТЮЗе – Николай Сергеевич Троицкий, да и по жизни их было много. И у каждого я чему-то учился. У меня и сегодня есть учитель – вокалистка Ирина Морозова. Здорово, когда открываешь в себе то, о чем не знал, и учишься тому, чего не умел. Вот это в профессии учителя и есть главное. Умение не просто преподавать, а открывать в учениках их возможности.


Михаил Тырин, писатель:

– В школе я был очень хулиганистым. Это проявлялось по-разному, иногда даже нас с друзьями забирали в милицию. А еще я хулиганил на уроках – писал смешные рассказы на вырванных из тетрадки листах и пускал их по рядам, по партам. Все читали, смеялись, уроки срывались. Меня из-за этого даже вызывали на проработку и к завучу, и к директору. Но однажды эти мятые листочки попали к учителю литературы – Татьяне Сергеевне Лыфенко. Она была молодая, но очень мудрая, спокойная, и при этом самая красивая учительница в школе. Она не стала ругаться, а просто отправила меня на областной литературный конкурс. И я пришел оттуда с дипломом! Я не переставал писать и сочинять, и в возрасте 14 лет мою заметку напечатала областная комсомольская газета «Молодой ленинец». Это было счастье, это был триумф! Увидеть свою фамилию, напечатанную в газете, для подростка, грезящего литературой и журналистикой, это непередаваемо. Время шло, я продолжал сочинять. В московском журнале напечатали мой первый рассказ, через год вышла первая книга. Теперь моя фамилия часто появляется в газетах, журналах, на обложках, на телеэкране. Но я с трепетом и благодарностью храню память о нашей Татьяне Сергеевне, которая спокойно и мудро взяла и направила мою энергию в нужное русло. Возможно, это был именно тот ключевой момент, который определил мою судьбу. Спасибо тебе, учитель. Помню и благодарю.


Александр Фалалеев, журналист, выпускающий редактор:

– Из всех учителей, которые повлияли на моё отношение к жизни или изменили мой взгляд на мир, а таких было немало, начиная с 1-го класса и по сей день, я выделяю одну необыкновенную женщину – Раису Александровну Скалдину, учителя высшей школы, преподавателя детской литературы, декана факультета «Педагогика и методика начального обучения». Четыре года Раиса Александровна была для меня, 18-22-летнего студента-разгильдяя, и учителем, и второй мамой. Обо всём, чему этот мудрый педагог меня научил, рассказать вкратце невозможно. Остановлюсь на том, как Скалдина изменила мое отношение к литературе и позже к журналистике. Читать-то я любил с детства, но вот понимание, что такое высокое художественное слово, пришло от Раисы Александровны. «Детская литература является искусством слова, а значит, органической частью духовной культуры, – говорила она всей аудитории, в основном женской, с печалью глядя на меня. – Однако она представляет собой некий феномен! Детским писателем нельзя сделаться – им надо родиться. Для этого требуется не только талант, надо быть гением. Блок писал для детей, однако успеха в этом не достиг, а стихи Есенина и Чёрного стали хрестоматийными. Дело в том, что настоящий детский писатель видит мир с двух сторон: и с позиции ребёнка, и с позиции взрослого, а значит, детский рассказ или стихотворение содержат две точки зрения…» Вот таким, с одной стороны, странным, но для меня очень важным путём иду я: от понимания, что такое детская литература, до осознания, как писать для газеты, то есть для вас, уважаемый читатель. Стараюсь, чтобы подтекст, который я так или иначе вкладываю в статью, был невидим, но осязаем.


Елена Французова, корреспондент:

– Костюм с иголочки, продуманный макияж и тщательно подобранные украшения. Когда учитель географии школы № 44 Лидия Васильевна Большова входила в класс, я с нескрываемым восхищением её разглядывала. Как ей удавалось в 90-е годы так выглядеть, ума не приложу. А ещё она очень интересно вела уроки – что-то показывала нам на карте, сообщала любопытные сведения. В общем, если слушать её внимательно, учебник дома можно было и не открывать. Я ходила у Лидии Васильевны в любимчиках. Если честно, моих заслуг в этом вообще не было. Лидия Васильевна до школы была воспитателем в детском саду у моей старшей сестры Люды. Хорошо знала мою бабушку, которая по образованию тоже была учителем географии. Люда обожала Лидию Васильевну и, в отличие от меня, не могла прийти в школу с невыученным уроком географии. А мне хорошие оценки доставались авансом – за бабушку и сестру. О том, каким классным педагогом была Лидия Васильевна, мы по-настоящему поняли, когда она уволилась. Ей на смену пришла совсем молоденькая учительница. Она открывала конспекты и 40 минут просто нам их диктовала. Урок географии превратился в нудные лекции. Времена тогда были тяжёлые – Лидия Васильевна ушла торговать цветами на рынок. В начале нулевых её не стало… Недавно мы с сестрой вспоминали школу и учителей. «Хочется побывать на могиле Лидии Васильевны, поблагодарить ее», – сказала Люда. Мы обязательно это сделаем.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *