На свидание с Путиным. Как это было

Репортаж с пресс-конференции Президента России

Пятый год подряд мне выпал счастливый билет представлять региональную журналистику во время ежегодной встречи главы государства с представителями федеральных, региональных и зарубежных СМИ. Каждый раз, готовясь к встрече с президентом, я продумываю образ, придумываю интересный вопрос и, как и другие журналисты, надеюсь, что буду замечена и вопрос будет задан. На этот раз казалось, что удача почти в моих руках, но… Обо всем по порядку.

В новом формате

В предыдущие годы президент встречался с журналистами в Центре международной торговли на Краснопресненской набережной в Москве «вживую». И год от года число аккредитованных корреспондентов росло. К примеру, если еще в 2016 году их было 1437 человек, то в 2019-м – 1895. В зале становилось все теснее, и шанс в такой толчее задать вопрос близился к нулю. Журналисты шли на всевозможные ухищрения, лишь бы привлечь внимание Владимира Путина: кто-то выкрикивал вопросы с места, кто-то наряжался в костюм телевизора, некоторые «падали» со стульев. И, честно говоря, за такое вызывающее поведение коллег мне было стыдно перед президентом. Каждый раз хотелось как-то развести по разным углам регионалов, федералов и представителей иностранных СМИ. Казалось, что при меньшем скоплении людей коллеги будут вести себя несколько иначе, ну хотя бы потому, что отпадет необходимость привлекать к себе внимание нестандартными выходками.

И вот коронавирус сделал это. В этом году в условиях пандемии президент не отказался от большой пресс-конференции, но было принято решение организовать региональные площадки, где журналисты будут общаться с главой государства в режиме видеосвязи. Регионы разбили по округам, и калужане попали в пресс-центр Центрального федерального округа, который решено было организовать в Туле. В зале нас было меньше 70 человек, казалось, в таких условиях вопрос в кармане.

О чём спросили журналисты

Ровно в полдень в конференц-зал резиденции Ново-Огарёво вошел Владимир Путин, в пресс-центры вывели на экраны трансляцию, и работа началась. Вполне ожидаемо, львиная доля вопросов касалась коронавируса и выхода страны из кризиса, вызванного пандемией. Первый вопрос на эту тему прозвучал из Владивостока, где к началу пресс-конференции был уже поздний вечер.

Также президента спрашивали о здравоохранении, в частности о строительстве больниц, лекарственном обеспечении, ценообразовании на продукты, образовании, экологии. Не обошли стороной и отношения с Украиной и странами Запада.

Порадовало, что повестка все же больше касалась внутренних вопросов, от иностранных журналистов прозвучала только пара вопросов. Один – от корреспондента BBC, как всегда провокационный и выводящий на эмоции. А второй – от журналиста из Исландии – напротив, был позитивный. Удивительно, что представитель европейской страны не попытался в своем вопросе обвинить Россию и ее президента во всех грехах, а наоборот, заговорил о дружбе и партнерстве.

Что покоробило, так это то, как бездарно некоторые коллеги использовали выпавший им шанс задать вопрос президенту. Прямо «покорила» представитель федерального спортивного канала «Матч ТВ», которая в то время, когда у нас целая куча проблем в спорте, касающихся допинговой истории, недопуска сборной страны к соревнованиям, развития детского и массового спорта и прочего, не нашла ничего лучше, как спросить про Артема Дзюбу и его интимный скандал. Честно говоря, выглядело это как попытка дамы быть в тренде и дешевый хайп. Не знаю, как на других площадках, но в Туле коллеги откровенно смеялись над вопросом горе-корреспондента.

Не совсем понятным для нас, журналистов, а вернее совсем неуместным стало участие в пресс-конференции, да еще в качестве представителя СМИ, певца Сергея Шнурова, известного своей любовью к ненормативной лексике. Вопрос он, как и его коллега с «Матча», задал из жанра «лишь бы спросить» и просто, на мой взгляд, занял чье-то действительно важное эфирное время.

Ну и, конечно, самым нестандартным образом был получен ответ на вопрос как раз с нашей тульской площадки. В целом и сам вопрос был даже не вопросом, а просьбой, и, судя по всему, журналистка даже не подозревала, каким скандалом для нее и для всего региона обернется эта «минута славы». Девушка использовала для привлечения внимания табличку «я беременна» и попросила у Владимира Путина звания «Герой России» для заместителя губернатора области, который, по ее словам, спас семь человек при пожаре. Спустя неделю, правда, выяснилось, что и журналистка вовсе не журналистка, да и «герой» на пожаре не был, но это уже другая история. А далее девушка бесцеремонным образом передала микрофон для вопроса еще одному журналисту из Рязани, тем самым лишив остальных участников тульского пула даже малейшего шанса на вопрос.

Президент говорит

Отвечая на запрос из Рязани, президент в очередной раз оценил находчивость журналистов, которые всякий раз ухитряются придумывать все новые и нестандартные способы для привлечения внимания. Историю с присвоением звания «Герой России» замгубернатору взял на карандаш. А вот второму рязанскому журналисту, пожаловавшемуся, что его «травят в Сети», пожелал быть мужественным, поскольку профессия обязывает, хотя честно признался, что, как и все мы в залах во всех уголках страны, сути проблемы не уловил. На вопрос про Артема Дзюбу президент ответил шуткой, спросив корреспондента, смотрела ли она скандальное видео.

В очередной раз поражаюсь его выдержке, чувству юмора и такту. Отвечать на некоторые вопросы – это же какое надо терпение иметь! Как, например, не поддаться на провокацию от представителя ВВС. Оно понятно, что никто не ждет, что западные журналисты будут объясняться России и её президенту в любви, но, честно говоря, слушать о том, что мы виноваты во всем, в чем можно и нельзя, надоело уже каждому. Представляю, каково это Владимиру Путину.

Порадовало то, что он в очередной раз поставил на место зарвавшегося корреспондента, сказав, что «по сравнению с вами (Западом) – да, так и есть, мы белые и пушистые. Мы пошли на то, чтобы освободить от определенного советского диктата те страны и народы, которые хотели развиваться самостоятельно. Мы услышали ваши заверения о том, что НАТО не будет развиваться на Восток. Но вы не выполнили своих обещаний. Да, это непрописанные обещания, это были устные заявления, в том числе со стороны НАТО. Но вы-то ничего не сделали… и военная инфраструктура НАТО приближается к нашим границам», после чего недовольный ответом Владимира Путина журналист ВВС даже вышел из зала.

В общей сложности за четыре часа двадцать девять минут Владимир Путин ответил на 68 вопросов. Отвечал он как всегда без шпаргалки, уверенно аргументируя каждое свое слово, не реагируя на откровенные провокации, чем в очередной раз вызвал не только мое неподдельное восхищение.

Подводя итоги

На мой взгляд, так считают и другие коллеги из регионов, формат данной пресс-конференции можно назвать самым удачным, поскольку в зале, где сидит 70 человек, а не 2000, у регионалов, казалось бы, появился шанс быть замеченным президентом. Опять же не было необходимости особо активным вскакивать с мест, наряжаться в клоунов и изображать обморок. Однако ожидаемого эффекта для регионов все же не получилось, поскольку основной акцент Дмитрий Песков, ведущий пресс-конференцию, делал все же на столичных журналистов и кремлёвский пул. Если в общей сложности из регионов вопрос задать смогли 12 человек, то Москва и журналисты, работающие непосредственно в Ново-Огарево, выходили в эфир раза в три чаще. А отдельные журналисты, такие как Александр Гамов из «Комсомольской правды» и Андрей Колесников из «Коммерсанта», вопросы задают каждый год, вот здесь бы, прям хочется сказать, можно бы и пореже.

Я, как и остальные «туляки», благодаря активистам из Рязани, отбившим все эфирное время Тулы, не смогла попытать счастья и задать вопрос. Что ж, значит, буду готовиться к следующей встрече с президентом.

Ольга СМЫКОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *