«Нас называли белой костью»

В канун 1 Мая мы встретились с Василием Трифоновым, почетным донором СССР, токарем-расточником, награждённым двумя орденами Трудовой Славы.


– Заеду к вам после работы, – слышу в телефоне бодрый голос.

Закончив разговор, прикидываю в уме возраст Василия Васильевича. Он родился 9 мая 1941 года.

Через несколько часов невысокий седовласый мужчина заходит в редакцию.

– Сегодня пораньше освободился. Я давно на пенсии, – говорит он. – Но иногда меня зовут поработать: таких специалистов уже почти не осталось.

Говоря о себе, Василий Трифонов смущается. Даже ордена Трудовой Славы на интервью не надел.

– Я уважаю всех мастеров своего дела. Тех, кто проработал 30–50 лет на производстве, много, – считает он.


Ребёнок войны

Жизнь Василия Трифонова не баловала. Он родился в Думиничском районе в канун войны. Отца сразу забрали на фронт. Вскоре пришло сообщение, что он пропал без вести.

– Всю нашу деревню подобрали под себя немцы. Мне рассказывали, нас спасало то, что кругом леса. А фашисты боялись леса, – рассказывает ветеран труда.

Однако вскоре вражеские войска вошли в деревню, всех жителей согнали в концлагерь под Смоленском. Деревенским удалось выжить и вернуться домой.

– Мне тогда было 1,5 года. И я, кончено, ничего о том времени не помню. Старшие брат с сестрой и мать не любили говорить о войне. Деревня у нас была большая, домов 50. Семьи приличные – по трое детей и больше. А с войны вернулось только десять мужиков. Так что нам рано пришлось познать, что такое труд.

Четыре класса я окончил в деревне. Продолжил учёбу в школе, которая находилась в семи километрах от нашей. Ходили пешком. Были разные случаи: шестеро ребят подорвались по дороге в школу. И я с мальчишками тоже снаряды взрывал. Находили их в полях вместе с патронами. Мы как-то нашли один, разложили костёр, отошли метров за пятьсот. Лежим, ждём – нет и нет. Только поднялись и хотели идти, как грохнет. Мы как дали деру.


«В то время рабочий, если хотел зарабатывать, – зарабатывал. Приходилось иной раз работать и субботы, и ночи».


Учился Василий хорошо, семь классов окончил с двумя четверками, остальные – пятерки.

– Время было очень тяжелое. Голодали капитально. Что было свое – скотина, огород – тем и жили. Мама дояркой работала. Хлеба почти не было. И мать мне сказала: «Я тебя не буду отправлять на учёбу, иди работай!» Ну я и пошел помощником тракториста. Денег не платили, ставили палочки. Заработал за лето несколько мешков пшеницы. Потом мать меня стала отправлять в школу, а я уже не хочу! Но девять классов окончил. Тогда деревенским паспорта не давали, удерживали нас, чтобы мы оставались в колхозе. Но так как я один из всей деревни окончил школу, мне выдали и разрешили поступить в Козельское техническое училище на столяра-плотника. После учебы по распределению попал в Красноярск.

Но хотел Василий быть лётчиком, занимался парашютным спортом.

– У меня здоровье было хорошее. После школы я хотел поступать в летное училище. Комиссия в соседнюю деревню приехала отбирать кандидатов. Но я неправильно рассчитал время, опоздал буквально на семь минут! И меня не стали смотреть. Из 22 человек только один прошёл.


На заводе было здорово!

Два года Василий проработал на стройке столяром в комплексной бригаде в Красноярске. Затем три года служил в армии.

– После службы вернулся в Красноярск. Затем поехал домой в отпуск, а мать совсем одна. Она уже к тому времени жила в Калуге. Ну и я с ней здесь остался. Устроился учеником на Калужский турбинный завод. А тут КАДВИ организовался, и мы всем цехом перешли туда. На КАДВИ я проработал 50 лет. Выучился на координатчика. Координатчик-расточник – редкая специальность. Затем окончил вечернее отделение машиностроительного техникума.


У меня такая специальность, что нас называли «белой костью». В то время рабочий, если хотел зарабатывать, – зарабатывал. Нам приходилось иной раз работать и субботы, и ночи. Мой заработок, я не хочу прибедняться или хвалиться, составлял 400–500 рублей. Потом сделали так, что больше 300 заработать было нельзя. Кто с геометрией незнаком, тому здесь делать нечего. Тангенсы, косинусы, синусы… Сегодня, конечно, техника шагнула очень далеко.


У нас были пятилетки, ежегодно определяли победителей соцсоревнований. А я был член партии, всегда в первых рядах. Тогда соревнования были и спортивные, и производственные. Многие заводские ребята были награждены орденом Ленина, Октябрьской Революции, Знаком Почета. А я с 1970 по 1975 год каждый год получал значок победителя соцсоревнований. А потом наградили орденами Трудовой Славы II и III степени.

Нам нравилось ходить на демонстрации и 1 Мая, и 7 ноября… 7 ноября даже порой снежок шёл, а мы всё равно выходили. И до сих пор мы этот праздник отмечаем. Для меня это дорого. Улицы Ленина, Кирова всегда были полны людей.

Василий Васильевич воспитал двоих сыновей. Один стал военным, другой работает машинистом на железной дороге.

– Я считаю, что моя жизнь удалась, не зря прожил. И сохранились мы, ветераны, потому что всю дорогу трудились. Жизнь – это движение.


Елена Французова

Фото Е. Французовой

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *