Владимир Петров о русском языке с пристрастием: «Окна настежь!»

Владимир Петров о русском языке с пристрастием: «Окна настежь!»

Открывая настежь окно, даю путь утренней прохладе, радуюсь, что окна в моем доме большие, впускающие много света и воздуха. Что такое окно и как оно появилось в русском языке?

В «Большом толковом словаре русского языка» под редакцией Кузнецова у него четыре значения: «отверстие в стене здания или стенке какого-л. транспортного средства для света и воздуха; застекленная рама, закрывающая это отверстие», «отверстие в перегородке, переборке, отделяющей служебный отдел помещения от посетителей», «просвет, отверстие в чем-либо» и разговорное «ничем не занятое время, промежуток, разрыв в расписании лекций, уроков».

Все эти общие значения включают в себя различные тонкости, нюансы, позволяют использовать метафоры, как у Пушкина:

Природой здесь нам суждено

В Европу прорубить окно

В диалектах у окна значений гораздо больше. Это не только проем в стене дома для пропуска света и воздуха, а еще отверстие в коптильне для выхода дыма, и отверстие в дегтярной печке для наблюдения за колосниками и подкладывания смолья, отверстие в угольной яме для зажигания огня.

Окно это и ячейка рыболовной сети, и вообще какая-нибудь еще ячейка, и прорубь во льду, и родник, и небольшое озеро. А если взять образованные от него слова с дополнительными значениями, как, например, псковское окновище – «остаток водоема в болоте», то значений у окна и не сосчитать.

Оно, это слово, общеславянское, но если мы начнем перечислять все его значения в современных славянских языках и их диалектах, то никакого времени у нас не хватит. Общий смысл – отверстие для чего-либо, первоначально, конечно, для воздуха и света и осмотра того, что вне.

Произошло от слова, означающего то, чем мы смотрим на мир, – око. Оно тоже общеславянское, ну а в русском языке сохранилось как заимствованное из старославянского и обрело значение возвышенное.

Может быть, в очень давние времена, когда люди поклонялись духам лесов, полей, водоемов и всяких природных явлений, когда взгляд в небо бросался не только для оценки погодных условий, но и общения с высшими силами,  окно как отверстие и как слово имело особое значение. Это, между прочим, подтверждается происхождением из того же корня, но с дополнительными корнями, в других индоевропейских языках.

Сразу в голову приходит английское window, пришедшее в XIII веке в древнеанглийский из древнескандинавского. Оно состоит из двух корней wind и eye из скандинавского vind auga и буквально означает «глаз ветра».

Впрочем, замещенное им древнее английское eagþyrl означало нечто близкое – «отверстие для глаз».

Здесь позволим себе маленькое лирическое отступление. В скальдической поэзии постоянно использовались такие словосочетания-метафоры или символы – кённинги, состоявшие минимум из двух слов и обозначавшие предметы или явления окружающего мира, называвшие людей по их социальному или иным признакам. Корабль – gjálfr-marr, «морской конь», зима – snáka stríð, «горе змей».

Если для древнего скандинава такие словосочетания-символы были полны смысла и легко расшифровывались, то для современного человека подобная расшифровка представляет собой трудное, но увлекательное занятие.

Кённинги это еще и табуистические обозначения богов или животных. К примеру, имя героя средневекового англосаксонского эпоса Беовульф не что иное как наименование медведя – Beoƿulf, буквально «волк пчел» или «пчелиный волк».  Вспомним, что и праславянское *medvě сложилось из подобного скандинавскому кённингу словосочетания *medъ ěsti, то есть «поедатель меда», «медоед».

Но вернемся к нашему окну. Близость английского window  к славянскому окну не только в общей исторической семантике, но и в происхождении. Ведь eye, как и око, произошло из индоевропейского *okv, означавшего «смотреть, глядеть». Сравним его с латинским oculus из того же корня.

Архаическое значение, связанное со взглядом на мир изнутри и со взглядом внутрь, есть и в других языках. Такое значение отразилось в иероглифе очень далекого от индоевропейских современного китайского языка, означающем окно. Если попытаться провести аналогию, то он представляет собой нечто похожее на сложное слово в русском языке. Произносится оно, говорят лингвисты Поднебесной, как chuāng. В «Большом словаре китайского языка», утверждают они, есть несколько иероглифов, означающих окно: 牎, 牕, 葱, 囱, 囱, 窻, 窻 Видимо, есть различия в значениях, связанных с конструкцией и назначением разных окон.

Два из них имеют составной характер, наверху нечто вроде надстройки или крыши: 窗. Но это не крыша. И верхняя, и нижняя части представляют самостоятельные иероглифы, имеющие каждый свое значение:  穴 –  «пещера» и 囱 – «дымоход». То есть буквально окно по-китайски, утверждают китайские этимологи – «дымоход в пещере».

Наверное, это что-то аналогичное отверстию в крыше древней славянской курной избы. И, наверное, также, как и у древних славян, дымоход в пещере у древних народов Китая имел двойное назначение: отверстия для выпуска дыма и проветривания помещения, а также взгляда наружу, или внутрь, если высшие силы, предки, духи рода и семьи заглядывали в дом.

Судя по звучанию «окна», «пещеры» и «дымохода», фонетически слова, обозначающие пещеру (xué) и дымоход (cōng), слились в «окно» (chuāng) по действующим сейчас или действовавшим в древности законам китайской фонетики. Но ее надо изучать, чтобы понять, как это происходило. А мы пока не изучили.

В группе семитских языков окно, как и в некоторых европейских языках, преобразовалось из отверстия. Например, в иврите окно חלון (халон), как утверждает «Всеобъемлющий этимологический словарь иврита для читателей английского языка» Эрнеста Кляйна, произошло от חלל (халял)  –  «пространство, пустота».

Примерно также трактуется и латышское «окно» – logs как произошедшее из «отверстия». Впрочем, слово это достаточно темное, и может быть, по мнению некоторых этимологов иметь то же происхождение, что и английское look («смотреть»), происходящего из древневерхненемецкого luogen, тоже имеющего «темную» историю.

А вот латинское fenestra, разбросанное в разных видах в большинстве романских языков, за исключением испанского, пожалуй, так и не разгадано. Выдающиеся историки европейских языков Эрну и Мейе осторожно предположили, что, возможно, оно этрусского происхождения. Ведь именно этруски основали городскую жизнь на Апеннинском полуострове.

Ну вот и все, пожалуй. Всем желающим могу посоветовать для дополнительного чтения (учитель проснулся, простите!) упоительную статью Владимира Топорова «К символике окна в мифопоэтической традиции».

Автор выражает благодарность к.ф.н. Елене Валентиновне Карповой за ценные замечания, сделанные ею в ходе работы над этим текстом.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *