Дворовые истории

Дворовые истории

Продолжаем публикации, в которых калужане вспоминают о своем детстве, проходившем в калужских дворах. Сегодня у нас в гостях уполномоченный по правам человека в области Юрий Иванович Зельников

– Я родился в Ашхабаде в 1953 году. Мои родители учились в Баку в институте народного хозяйства. По распределению их направили в Ашхабад для поднятия национальных окраин, как тогда говорили. Они, банковские служащие, проработали там год, потом отца перевели на север Туркмении, где я прожил до пяти лет. И тут папа получает новое направление: предложили на выбор два города – Благовещенск или Калугу. Так с 1 февраля 1958 года я стал жить здесь, в городе юности моей.

Юре пять лет. 1958 год, Калуга.Для родителей это было большое приключение. Из солнечного Туркменистана – в калужскую зиму. Они сняли комнату в одноэтажном доме на улице Баррикад, сейчас там «Калуга-энергосеть». Первые мои впечатления: выхожу на улицу, мороз, во дворе несколько елок. Для меня это было событием, потому что я никогда их не видел. В Туркменистане была тута (дерево. – Прим. С. С.), по которой мы лазили, а тут ель, да еще с шишками! Со старшим братом мы не придумали ничего лучше, как посадить семена, чтобы выросли еще елки.

Мама готовила еду на керогазе, на нем же кипятили воду, меня мыли в железном тазике, вот и все услуги. Но нет худа без добра: мы тогда узнали, что такое русская баня. С батей и старшим братом ходили в баню на Баррикад (Фишеровская баня на Баррикад, 128, сейчас закрыта. – Прим. С. С.). Ходил я тогда в сад № 15, который располагался на Театральной (современная Воронина). На Баррикад мы жили примерно полгода.

Юре пять лет. 1958 год, Калуга.

Почти детективная история

– Но перед тем как съехать, случилась интересная история. Я ее люблю рассказывать, когда хожу в МВД, встречаюсь с полицейскими.

А дело было так. У старшего брата был велосипед, трудно сегодня в это поверить, но велосипед был с настоящим индивидуальным номером! Однажды он оставил велик у околицы дома. Когда мы вышли через час, нагулявшись-набегавшись, велосипеда там не оказалось. Пришлось каяться родителям. Папа написал заявление в милицию. Проходит несколько месяцев – к нам приходит милиционер с нашим велосипедом. Представляете, его нашли не в Калуге, а где-то на Волге, то ли в Самаре, то ли в Саратове! Невероятная история.

Двадцать копеек за люк

– Летом 1958 года мы переехали в новую квартиру на Набережной, 3. Старинный дом сохранился – это ближайшее здание рядом с администрацией.

Во дворе была пристройка, в которой мы и жили. Там у нас уже было полторы комнаты, если говорить словами Бродского. Общая и отдельная для родителей. Печка стояла в центре комнаты, туалет во дворе, баня на Воробьевке. Мы прочесывали все окраины, а рядом улочки Кавказ, Воробьевка… Обязательные игры – прятки, казаки-разбойники, лапта.

Мне запомнился такой эпизод: на углу улицы Красная гора и Воробьевки был пивной павильончик, а во времена, которые я описываю, там жил некий старый дядька, который собирал металлолом. Пронесся слух, что там можно что-то заработать. Со всех окрестных дворов мы тащили ржавые чайники, самовары – все, что под руку попадалось. Однажды прикатили туда крышку люка! Было очень весело, когда мы ее катили сверху вниз по Воробьевке. Как никто не покалечился, сказать трудно. Тем не менее люк этот приняли, и мне дали аж двадцать копеек.

Юрий с родителями в калужском бору, 1962 год.

Забавы на поле свободы

– Через года полтора родителям дали отдельную двухкомнатную квартиру на ул. Поле Свободы, 101. Двухэтажный дом, деревянные заборы, сараи, где отец держал кроликов. У нас постоянно были кошки. А самое главное – рядом были сады. Это мое самое запомнившееся детство – с 1960 по 1964 год.

Наша задача была осваивать окрестности. Там была болотистая местность, строители навезли «отжиги», как мы их называли, переработанный черный шлак. Из него сделали настил, поставили дом в глубине. Рядом был дворик с волейбольной площадкой, теннисный стол. Вся детвора проводила там время. Вспоминаю игру «Чижик». А еще «Штандер»: брался небольшой резиновый мячик, которым надо было кого-то «засалить».

Мы любили какой-нибудь костерчик сотворить. Я называл себя пожарником, что, собственно, и соответствует… Пожарный – тот, который тушит, а я был пожарником.

Братья Олег и Юрий во дворе на ул. Поле Свободы, 101. 1963 год.

– Еще интересно нам, шпане, было лазить по садам. Там же фрукты! Яблоки, сливы, вишни. Можно было, сидя на заборе, лакомиться вишней. А если не было собаки, тихонько спускаться и заниматься «фруктовым промыслом». Со сливами была отдельная история. Просто залезать и срывать их было неинтересно. Мы придумали приспособление: на конце 2-3-метрового шеста из медной проволоки делалась корзиночка, на край которой прикреплялось лезвие. Поддеваешь сливу и срезаешь. А иногда корзинки делали побольше, тогда и яблоки попадались. Замечательное устройство, скажу я вам. Частники гоняли, конечно, но не так уж, чтобы сильно. Там, где сейчас магазин «Магнит» (бывший мебельный магазин со стороны Московской), были деревянные дома, в одном из них жила древняя бабуля, у которой росло очень интересное грушевое дерево. По дороге в 14-ю школу мы к ней залезали и трясли эту грушу, набирали фрукты с собой и продолжали путь в школу.

Юрий второй справа. Пионерлагерь «Космос», сейчас там микрорайон Терепец. 1963 год.

Школа

– Наш дом 101 располагался примерно посередине между 17-й и 14-й школами. Половина ребят из нашего двора ходили в 17-ю, а другие, в том числе я и мой старший брат, в 14-ю. Рядом был «собачий скверик», тогда он был немного больше. Цвел барбарис. Когда он созревал, мы любили его срывать. Росла масса деревьев «китаек», часть из них еще сохранилась ближе к центру, где памятник Воронину. Играли в футбол – на этом месте сейчас детская площадка, а раньше была приличная поляна, на которой мы и гоняли мячик.

В кино ходили в клуб НКПС (ДК «Машзавод»), смотрели с родителями фильм «Свадьба с приданым». В клубе Андреева (ныне там филармония), помню, смотрел спектакль-сказку «Гюль и Тазалан». Напротив – стадион, это святое! Бегали туда смотреть футбол. Помню табло с переворачивающимися кругами, на которых был счет. Как-то шёл матч, и счет был чуть ли не 7:0. Я даже спросил человека, который сидел в будке и переворачивал эти цифры: «Кругов-то у вас хватит?» Я не пропустил ни одной игры «Локомотива», а в 1966 году команда стала чемпионом РСФСР.

Рядом с нами на Поле Свободы магазинов не было, ходили в ближайшую булочную на углу Воронина, там сейчас новое здание с банком (Воронина, 4).

И на Театральную площадь бегали. В угловом доме (Суворова, 118) тоже была булочная. Хлеб там был такой вкусный, что, пока я доходил до дома, треть точно съедал. А второй наш главный продуктовый был «пятый», на углу Чичерина и Пухова. А еще помню магазин «Рыба» на Театральной – Дзержинского. Совершенно замечательный: панно с подсветкой, на котором лежали осетры. Ну и в «Охотник» на Театральной бегали «тырить» дробь.

С родителями на Театральной площади.

С отцом Иваном Никитовичем. В сквере Карпова, 1964 год.

И СНОВА ПЕРЕЕЗД

– В 1964 году родителям дали квартиру на Московской, 7 (дом бывшего загса). Двор совсем крохотный, но и там мы умудрялись гонять футбол. Стоял столик, играли летом в карты. Однажды играем, видим, что во двор заходит пьяный парень и направляется к нам. Подходит, достает ножик и, как в фильме «Джентльмены удачи», говорит: «А ну, ныряй!» От ужаса мы разбежались.

Залезали на крышу и даже запускали там «змея». Как не проломили эту хлипкую крышу и не свалился никто, не понимаю. А еще помню, рядом было ателье и между нашими домами шли провода. Зашла философская беседа: если схватиться за один провод, то тебя током не ударит, а если за два – то ударит. Ну и схватился за два эти провода, и вот, как говорят, – «искры из глаз». Они у меня и посыпались! Не врут, когда пишут, что вся жизнь проходит перед глазами. А руки разжать не могу, сосед постарше буквально отодрал меня от проводов.

Несмотря на переезд, я остался в 14-й школе. Вспоминаю вызовы к директору Михаилу Кондрать-евичу, который хоть и был добряком, но для профилактики нас иногда прорабатывал. Как-то стою я перед ним «на ковре», а он мне: «Зельников, а ведь ты уже не из нашего микрорайона…», но я категорически отказался переходить в другую школу, потому что у нас был дружный класс.

Там я проучился все десять лет, там и выпускной был. Отмечали его в спортивном зале. Стояли столы на четверых, на столе бутылка шампанского, на два мальчика и две девочки. Сначала посмотрели небольшой концерт школьной самодеятельности, несколько песен под баян, затем включили радиолу и организовали танцы. Интересный эпизод: кто-то пустил слух, что 17-я школа идет нас проучить. Мы сорвали пружины, которые держали входные двери подъездов, и, вооружившись ими, ждали «врага». К счастью, никто не пришел.

А потом пошли в парк Циолковского с нашей классной, посидели там немножко, повздыхали на закат и разошлись по домам. Потом был Бауманский, но это уже другая история…

Сражение в настольный хоккей, 1972 год.

Подготовил Сергей СЫЧЕВ