Эксперименты с пространством

Из листов железа, труб и арматуры, несмотря на жару и холод, ветер и дождь, рождались произведения искусства

Фестиваль уличной скульптуры, стартовавший в Инновационном культурном центре 28 августа, продолжался до 4 сентября. Программа была насыщенной: мастер-классы, artist talk, кинопоказы с онлайн-трансляцией и двухдневная научная конференция по современной скульптуре. Центральным событием стал симпозиум пяти известных российских скульпторов: Серафима Чёрного, Ольги Хан, Кирилла Чижова, Андрея Митенёва, Александра Ворохоба. Каждый из них создал на площадке за зданием ИКЦ арт-объект в своей авторской манере.

Бах и бесконечность

Целую неделю можно было наблюдать за рабочим процессом, обычно скрытым за стенами мастерских. Будущий арт-парк напоминал строительную площадку: шум и грохот, искры от сварки и резки металла, подъемный кран, художники и их помощники – в рабочих комбинезонах.

Одна из тем творчества Серафима Черного – воплощение в скульптуре музыки, самого эфемерного из искусств. Нам посчастливилось застать момент установки скульптуры «Токката и фуга ре минор» – объемной ажурной конструкции из множества металлических трубочек. Сейчас уже можно увидеть законченную композицию, представить себе, как мог бы звучать этот удивительный орган. Разные ракурсы открывают новые формы и смыслы в этом произведении.

Андрей Митенёв поставил эксперимент по созданию бесконечного иллюзорного пространства.

– Это зеркальный короб, внутри которого подвешено кольцо. Оно должно бесконечно там отражаться. Снаружи это довольно грубая брутальная штука, но, подойдя к ней, зритель увидит пространство, которого нет в реальности, но оно создается за счет этого зеркального коридора. Можно заглянуть в него и увидеть себя, – рассказывает автор о своей работе «Фокус в бесконечность».

Александр Ворохоб работал в своей мастерской. В день закрытия фестиваля зрители увидели впечатляющее произведение «Поколения»: стену, с одной стороны белую, с другой – зеркальную. В стене семь окон, в них – лица-полусферы, которые можно вращать, то восстанавливая зеркальную поверхность, то нарушая ее. Это тема обновления, тема русского поля и Калужской земли, которая переживала разные бедствия, но всегда возрождалась: весной на полях появлялись всходы, вырастали новые поколения. И каждый из нас – часть этой великой картины.

«Люстра Чижевского» или космический корабль?

Ольга Хан назвала свою скульптуру «Люстра Чижевского». Арт-объект в виде спирали изготовлен из металлических листов, трубы и профиля. Художница планировала расположить его на земле, но уже в процессе работы поместила инсталляцию на опоры. Так большая и тяжелая конструкция обрела невесомость и динамику, она словно парит в воздухе.

– Тут много аллюзий – не только люстра Чижевского, но и ракета, турбина. Спираль – это движение и бесконечность, это золотое сечение, это раковина и цветок, – говорит Ольга Хан. – Конструкция наполнена смыслами. Есть ощущение, что она движется: спираль затягивает взгляд. Эта фигура не просто объемная, но и ажурная, мы видим игру света и теней.

Ольга рассказала, что ее вдохновили летательные аппараты, которые она увидела в музее космонавтики, – удивительное сочетание красоты формы и сложности содержания.

– Калуга меня энергетически заряжает, здесь снятся удивительные сны. Мне нравится, что в городе много простора. Место, где мы работаем, просто волшебное. Сверху площадка выглядит совсем по-другому, она как будто в два раза больше. Скоро мы закончим работу, уберем все лишнее. Скульптуры закрутят это пространство, подчеркнут его ритм.

Если звезды зажигают…

– Меня вдохновляют японцы. Их принцип: минимум средств – максимум результата. Отсюда пошло искусство оригами, когда из простого листа бумаги получается фигурка птицы или животного, – говорит Кирилл Чижов.

Композиция Кирилла называется «Мечты о звездах»: фигура лежащего человека, а высоко над ним – «созвездие» из звезд, закрепленных на длинных «стеблях» из арматуры. Утром звезды отражают свет восходящего солнца, вечером – свет окон ИКЦ. От ветра конструкция покачивается, как бамбуковый лес. Фигура и звезды выкрашены в белый цвет.

– Это условность, как в театре Кабуки: что черное – того как бы нет, – поясняет Кирилл. – Так и арматура – это то, чего нет, она решает лишь техническую задачу. Тут есть только человек и звезды. Немного наивная, театральная декоративность. Я представил, как молодой Константин Циолковский мечтал о космосе, и запечатлел тот момент, когда ему пришла идея прикоснуться к звездам, – отсюда это движение руки, как бы касающейся неба.

Легкая, словно кружевная, конструкция. Ее причудливый орнамент символизирует мечту и движение мысли, и в то же время это нечто мощное, техногенное, то, что когда-то превратится в космическую ракету. Звезды вызывают ассоциацию не только с космосом, но и с Рождеством.

– Сначала родился замысел, и я еще не знал, как он будет реализован, – рассказывает автор. – Я думал использовать металлические пластины или вставки из дерева, но, когда начал варить основной каркас, меня увлекла игра металлических прутьев разного размера. Это сродни лепке из глины или пластилина, когда соединяешь кусочки один за другим. Всю композицию я сделал своими руками. Сварил хорошо, надежно – можно даже лазить по ней.

Екатерина ШЕВЕЛЕВА. Фото Антона Забродского, Андрея Пеньковского, Ольги Хан

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *